2015
Русский север / Russian north

ЗА ПОЛЯРНЫЙ КРУГ
[ PØLAR CIRCLE ]

( ИСТОРИЯ 1 / STORY 1 )
Наше путешествие на Кольский полуостров началось
у памятника Александру Сергеевичу Пушкину. Символично он указывал нам дорогу на север своей поэмой. Наша цель была снять документальный фильм о Русском Севере.

Стоя по колено в воде, рыбаки ловят сига.

Благодаря новым объездным путям — через Солнечногорск и Вышний Волочек, мы избежали «вечных» пробок на Петербургском шоссе. В городе Волхов мы увидели рыбаков и гидроэлектростанцию с высокой бетонной плотиной, построенную в 1927 году.
Старая Ладога.
Следующая остановка — село Старая Ладога (или Алдейгюборг по-норвежски) в Ленинградской области. По одной из версий, здесь Рюрик был призван править с варяжскими воинами, поэтому некоторые историки называют его первой столицей России. Граница с Карелией — там, где начинается туман. Из-за этого мы двигались очень медленно.
Граница Карелии.
На следующий день мы остановились на обед в Карелии в Медвежьегорске. Этот город когда-то был центром ГУЛАГа. Весь день лил дождь. По дороге на Колу, мы остановились в Кеми — перевалочный пункт для тех кто хочет посетить Соловецкие острова. Мы пообедали на балконе с видом на губу Белого моря. Дорога была сильно размыта, мы держали скорость не больше 30 км в час. Добрались до Мурманской области. Полярный день, серпантин и дождь.
Кемь, вид на губу Белого моря.
20 июля 2015. В два часа ночи мы прибыли в Кировск. В дымных сумерках проявляются постиндустриальные артефакты — разрушенный завод, заброшенный железнодорожный вокзал, сгоревший дом на фоне озера Большой Вудъявр у подножия Хибинских гор. Главная улица города — проспект Ленина, она на контрасте выглядит довольно буржуазно и ухоженно. Вообще, первое впечатление жутко, необычно и красиво одновременно. Погода сегодня утром была для нас более благоприятной.

Дополнение от 2016 года. Оказалось здание разрушенное не завод, а старая котельная которую снесли. На этом месте планируется построить городской парк.
Индустриальный пейзаж на фоне Хибинских гор.
Мы оставили нашу машину на стоянке курорта Тирвас и пошли на озеро Малый Вудъявр. Вдоль дороги по обе стороны множество ручьев.
Хибины — знакомство.
Хибины — это рай для путешественников: акварельные виды, множество маршрутов, нет необходимости в дорогом оборудовании или физической подготовке.
Озеро Малый Вудъявр.
Погода меняется каждые двадцать минут. Это обусловленно горной местностью, горы притягивают дождевые облака. Мы поднялись до ледника, на нем были красноватые пятна — особый вид бактерии похожих на водоросли, узнал я об этом позже. Погода снова поменялась, пошел сильный дождь и мы благополучно промокли до нитки.
Озеро Малый Вудъявр.
Мох, камни и карликовые деревья. Тропа исхожена туристами.
Мох и Камни — Хибины.
Мончегорск — город металлургов (Саамский — Монча, значит красивый, город в красивой тундре) встретил нас цветным дымом из труб и запылившейся тундрой. Пообщались с Владимиром Трусовым — инженером и бардом, который рассказал нам об особенностях северной природы, поделился своими впечатлениями о мегаполисе и успокоил нас касательно экологической ситуации в городе.
Мончегорск.
Чтобы добраться до Печенги, необходимо пройти контрольно-пропускной пункт. Граница с Норвегией находится неподалеку, а военные здесь главные. Отец Митрофан (Баданин), бывший капитан второго ранга, рассказал нам о духовном подвиге 116 мучеников, сожженных финскими разбойниками в XVI веке. Потом пригласил нас пообедать с братьями в Трифоно-Печенгском монастыре в Луостари.
Луостари.
Тихое величество и спокойствие. Здесь два мемориала: немецкий и советский. Гранитные плиты, вырезанные с тысячами имен, произвели мрачное впечатление. Дальний горизонт, чистое голубое небо и только птицы нарушают тишину.
Немецкое мемориальное кладбище.
Вечером мы прибыли в Шонгуй, чтобы встретиться с саамской художницей Надеждой Фениной и председателем саамской общины Светланой Матрехиной. Светлана показала нам свою ферму: три собаки, белки и стадо оленей.
Саамские олени.
Пыжик — недавно родившийся (до месяца) теленок северного оленя.
Важенка — самка оленя, недавно принесла олененка и была переселена из стада в отдельный загон. Каждый день олени едят по два мешка мха, это их основная пища. Олень не может жить в местах, где он не растет. Светлана шутит, что олень это помесь кота и лошади.
Пыжик.
Полярный день означает бесконечный закат. Время около часу ночи.
Вид на порт Мурманска.
35-метровый памятник «Неизвестному солдату» получил прозвище «Алеша». Является одним из крупнейших памятников России — символ Мурманска, память о войне. Мемориал защитникам Арктики находится на довольно высоком холме в Кольском заливе, поэтому Алеша виден из любой точки города.
Мурманск. Алёша.
Один из больших портов России находится в Мурманске.
Мурманск. Морской порт.
Вечером мы остановились в центре современного искусства Roxy, где Роман Васин и Иван Дубовский рассказали нам о том, как обстоят дела с хип-хопом и уличным искусством в Мурманске.
Культурный центр ROXY — Рома Васин. Интервью 2015.
Граффити в здании делают место похожим на сквот. Тут проводятся мероприятия в течение последних двух лет — фестивали, концерты и вечеринки, есть школа танцевального брейка и киноклуб. Ребята говорят, что северные люди отличаются от других только тем, что теплее одеваются.
Культурный центр ROXY.
От главной дороги до поселка Териберка 40 км грунтовой дороги с острыми камнями. Нам пришлось ехать с вдумчивой скоростью 60 км / ч. Как нас ждал Игорь Сагитов — представитель фермерского кооператива «ЛавкаЛавка» в Териберке и звукорежиссер местного Дома культуры. Он рассказал о деревенской жизни, медведях и особенностях местного юмора.
Знакомство с Териберкой.
Надо сказать, что большая часть красот Териберки не были показаны в фильме «Левиафан», но фильм прославил эту деревню: теперь сюда приезжают туристы, фестивали, гостевые дома, построенные на песчаном пляже Баренцева моря, и ресторан, где подают местные морепродукты - лосось, треска, краб и морские гребешки.
ALL I HAD I GAVE.
Лишь только один из нас решился окунуться в Баренцевом море. Смелость проявил Юра Лобиков.
Юра Лобиков — Визбор младший.
Дети бегают и смеются, громкие крики чаек, шум ветра и моря. Звуки медленно кружатся в холодном воздухе на пустынном пляже.
Берег Баренцева моря. Териберка.
Мертвые рыболовецкие судна обнажают свои кости. Мне напоминают они дерижабли.
Старые баркасы в Териберке.
Эти баркасы одна из причин почему сюда едут фотографы. Природные условия не щадят их, с каждым годом они все больше разрушаются.
Баркасы.
Советское наследие догнивает на берегу моря. Тело корабля похоже на брюхо кита. Живых настоящих китов я видел, но в другой поездке — большая удача.
Советское наследие.
Необычное сочетание английских афоризмов на грубых деревянных домах, стильные граффити на каменных руинах, ощущение полной изоляции места от внешнего мира окруженное фантастической природой вокруг.
Local Banksy.
Малое Батарейское Озеро — здесь снималась одна из сцен Левиафана. Оно впадает в море образуя водопад.
Малое Батарейское озеро в Териберке.
Дорога к водопаду занимает около часа, а может и больше, ведь скалы озера они своими скандинавскими или исландскими видами скрадывают время.
Баренцево море.
Териберка единственное село которое имеет прямой выход к Баренцеву морю. Сюда переселялись поморы Белого моря. Баренцево море относится к Северному Ледовитому океану. Там за горизонтом Арктика всего через 2000 км.
Край земли.
Местный юмор о котором нам говорил Сагитов. Инсталляция постоянно обновляется.
Left
Right
Никто не хотел уезжать отсюда. Но сжатые сроки съемок не позволили выбиваться из графика. Териберка осталась в памяти как одно из тех особых мест, где хочется задержаться.
Тундра.
Поход на Сейдозеро был самым сложным этапом путешествия. Путь в двенадцать километров занял около шести часов. Помимо обычных туристических рюкзаков мы были загружены кинотехникой, но окружающая красота отвлекала от трудностей на пути. Тропа началась после пересечения узкоколейной железной дороги на Ловозерском горно-обогатительном комбинате в Ревде.
Сейдозеро и ЛГОК.
Мы вышли около девяти часов вечера. Полярный день позволял идти в ночное время суток, хотя какая это ночь — день.
Узкоколейка ЛГОК.
Первая часть маршрута — верхняя тундра, покрытая крупными камнями, по которым тропа поднимается к перевалу. На вершине затаилось облако, и шел дождь.
Курумник в Ловозерских тундрах.
Вид на Ловозерские тундры. Среди этой природы ты чувствуешь себя пионером севера, это чувство придавало сил. Следить за своим шагом нужно было постоянно, на мокрых и шатких камнях легко повредить ноги. Такие валуны называются Курумник.
Перевал.
Descending from the pass, the trail lost up and down the northern jungle: dense forest of shrubs and branched birch, crossing streams. Then the forest was flat and marshy, and almost at the end of the road was hit by two naked marshy meadows and the last obstacle in the form of logs through the quiet tributary of the lake. Stops for more than 5 minutes were not possible — at the top of the freezing wind, mosquitoes at the bottom. The air temperature was about 9 degrees, and raining all the way watered our luggage, our future wood for fire and us.
Сейдозеро.
Larisa Avdeeva, the chairman of the Saami community told us that at the sacred Seydozero forbidden to bathe, talk loudly, laugh, wash the dishes and for women to be after nine in the evening. About tea and sweets nothing was said.
Сейдозеро.
Rain is over and the next day was a wonderful sunny weather, rare for these edges. The air is warmed up to 16 degrees. Archaic and primordial. Time seems to have stopped. And around the silence, only the bird cry above the lake.
Ловозерские топи и болота.
And a delicious dinner cooked on fire! And the appetite was excellent!
Еда всему голова.
Good weather has not left us on the way back. We are tired but satisfied. Sometimes there is a snow.
Снежник в Ловозерских тундрах.
Нам постоянно не хватало воды. Это была большая ошибка не взять лишних пару литров. Лишь к концу пути мы нашли желанный ручей с прохладной горной водой.
Ручей по пути домой.
One of the oldest settlements of the Kola Peninsula, situated at the mouth of the Umba River, which flows into the White Sea. The mouth of the river could be seen on the horizon.
Умба. Выход в Белое Море.
Vehicle for any weather. On the back there is a MSCO logo.
Left
Right
On the way to Varzuga over 130 km, we saw only one oncoming car, but caught a few rabbits and a fox. Varzuga is a beautiful and rich Pomors village. Pomors came to the Kola Peninsula in 11-12th centuries from Novgorod the Great. They settled on the shores of the White Sea and the Barents Sea, and were engaged in fishing, and so got its name. Pomors are a profession, not a nationality.

Varzuga is located on both banks of the wide river of the same name not far from its confluence with the White Sea. All this time there was not any bridge across the river there, to the other side we were transported by flamboyant Pomor with mustaches. "What for? - Piotr Prokopyevich is surprised — All people have boats here."
Поморское село Варзуга.
And about the unique ecosystem of the river Varzuga: pearl shells filters river water, that's why spawning salmon comes for here and then salmon carries the larvae in the gills of pearl. Varzuga was the last point of our trip before returning to Moscow.
Другой берег Варзуги.
On the way back we were again in Medvezhyegorsk. At the photo you can see the building of the Office of the White Sea Canal NKVD, the place where decisions and sentences imposed, signed a decree on executions or hard works, to determine who sent to the most difficult parts of the construction of the White Sea-Baltic Canal.
Медвежьегорск.
After 2 weeks of endless roads and successive interviews we saw for the first time the warm summer sky promising a real night. We have done it – and we believed that we are almost home.
Закат.
Close
Close
Павел Кондратьев
Отвечу на любые вопросы. Можно писать в WhatsApp или Telegram @northdocru